![](https://kv.com.ua/images/news/553054/0.jpg)
О работе во время войны, программах поддержки сотрудников, нелегальном рынке табака и регулирующем давлении – в интервью РБК-Украина рассказала управляющая фабрикой "Империал Тобакко Продакшн Украина" Галина Воробьева.
Киевская фабрика "Империал Тобакко", которая является частью международной Imperial Brands, как и большинство бизнеса в Украине, в первые дни войны была вынуждена полностью прекратить производственную и операционную деятельность. Однако уже через полтора месяца компании удалось решить большинство проблем, связанных с логистикой и безопасностью работников, и возобновить деятельность.
За время большой войны предприятие столкнулось с множеством вызовов, включая вражескую атаку дронов, которая разрушила часть мощностей фабрики. Но успешно реализованные протоколы безопасности позволили компании обеспечить стабильную работу даже в таких условиях. Более того, за это время в компании не было ни сокращений, ни уменьшения зарплат.
Галина Воробьева занимает должность управляющей фабрикой с июня 2017 года. О том, как война повлияла на работу "Империал Тобакко", благодаря чему удалось восстановить производственные мощности, как мотивировать коллектив и почему регулирующее давление со стороны властей мешает отрасли – в интервью Галины Воробьевой РБК-Украина.
"Были готовы к худшему сценарию еще до войны"– Чем сегодня является киевская фабрика "Империал Тобакко" в Украине?
– Прежде всего, это высокотехнологичное производство и команда специалистов с большой буквы. И все испытания, которые выпали на долю нашего производства с начала полномасштабного вторжения, только доказали, что для нас нет ничего невозможного.
– Как именно война повлияла на работу фабрики?
– К войне нельзя подготовиться. Но мы следили за новостями и готовились к худшему. Еще в конце 2021 года мы создали антикризисный комитет на случай, если действительно что-то пойдет не так. Нам важно было принять все меры безопасности, чтобы не пострадал коллектив.
Когда началась война, у нас на производстве была ночная смена. В 4:30 утра мы, как и все, проснулись от взрывов. Быстро активировали антикризисный план: посадили людей в заранее подготовленные автобусы, развезли всех по домам, закрыли фабрику.
– На основе чего в компании готовились к худшему сценарию? Это были рекомендации со стороны власти?
– Нет, всю информацию мы получали из открытых источников. Анализировали ситуацию, советовались со штаб-квартирой.
Тогда это также был период острого COVID-19, поэтому мы понимали, что меры безопасности могут понадобиться и в этом контексте. В крайнем случае мы решили, что потратим дополнительные средства – но будем иметь "План Б".
24 февраля у всех был шок. Никто не знал, что с нами будет дальше. Но этот страшный день в итоге стал и началом нашей новой истории.
– До начала войны фабрика производила значительный объем продукции на экспорт. Как закрытие компании в начале войны повлияло на эти процессы?
– Да, на тот момент у нас на экспорт вышли 38 контейнеров, которые были в портах Одессы и Черноморска. Приоритетом было сделать все, чтобы эти контейнеры покинули территорию Украины и были как можно быстрее доставлены в пункты назначения. Мы делали все возможное и невозможное, чтобы они уехали.
Примерно через два месяца все контейнеры доехали до своих клиентов. Мы сохранили средства и почти 320 млн штук сигарет. А этот кейс показал нашим иностранным партнерам, что украинцы просто какие-то суперлюди.
На сегодня мы не производим продукцию на экспорт. Таким образом, мы потеряли 3,7 млрд штук сигарет – именно такой годовой объем продукции, который киевская фабрика производила на экспорт. Сегодня мы удовлетворяем спрос только внутреннего рынка.
– Вы довольно быстро возобновили работу фабрики. Как принимали это решение?
– Да, в Киеве фабрика довольно быстро восстановила работу. Конечно, этому предшествовала колоссальная работа по изучению ситуации и оценке всех возможных рисков. Мы не могли подвергать опасности сотрудников.
В итоге мы пришли к согласию со штаб-квартирой, что приняли достаточные меры безопасности, усилили все возможные протоколы, и уже 11 апреля возобновили работу. Через полтора месяца после начала большой войны.
"Тщательно фиксируем убытки, причиненные войной"– Киевская фабрика пострадала от российских обстрелов. Как штаб-квартира на это реагирует?
– Это, действительно, непросто. Каждый раз мы заверяем штаб-квартиру, что все, что нас не убивает, делает нас сильнее. Но с другой стороны – какой у нас есть вариант?
– Вариант релокации рассматривался?
– Перенос бизнеса, особенно, когда мы говорим о крупном производстве, это очень серьезные инвестиции.
После одной из атак к нам приезжала независимая экспертиза из Великобритании, которая провела оценку всех рисков и признала, что Киев сегодня является одним из самых защищенных городов в Украине, поэтому релокация фабрики не будет целесообразным решением.
В настоящее время усиливаем безопасность на киевской фабрике. В частности, строим свои автономные бомбоубежища. Мы начали строительство в начале года, и уже в мае первая очередь была сдана.
Наши бомбоубежища суммарно рассчитаны на 400 человек. Это будут отдельные помещения не более чем на 50 человек по всей территории. Это сознательное решение, чтобы не собирать всех в одном месте.
– Сколько компания инвестировала в строительство таких бомбоубежищ?
– Около 50 млн гривен.
– А в какую сумму компания сегодня оценивает убытки от последствий вражеских атак?
– Сумма прямых убытков вследствие вражеских атак оценивается более чем в 300 млн грн. В частности, у нас пострадал производственный корпус, складские помещения готовой продукции, некоторое сырье.
Если говорить о косвенном ущербе, то нужно добавить еще почти полмиллиарда гривен. Это недополученная прибыль от того, что мы полтора месяца не реализовывали продукцию.
– Каким образом в компании фиксируют убытки, причиненные войной? Будет ли компания подавать иски в международные суды, чтобы взыскать эти средства с страны-агрессора?
– Конечно, все убытки, причиненные войной, тщательно фиксируются. Мы документируем эти данные с помощью международных организаций, правоохранительных органов.
Мы понимаем, что это сложный и длительный процесс. Но уже есть множество прописанных механизмов, работаем по этим алгоритмам. Враг должен быть наказан.
"Самое сложное в условиях войны – обеспечение безопасности сотрудников"– С какими вызовами военного времени было справиться сложнее всего?
– Самым сложным в условиях войны, конечно, является обеспечение безопасности сотрудников. В этом вопросе у нас нет компромиссов. Как только звучит тревога - мы останавливаем производство и вывозим всех сотрудников в ближайшее укрытие.
Да, каждая незапланированная остановка – потери для компании. Мы подсчитали, что только за 2023 год около 7% незапланированных потерь были вызваны именно тревогами. Если это перевести на деньги – это около 3,5 млн грн.
На качество самой продукции остановка производства не влияет. Но мы закладываем дополнительные затраты на сверхурочную работу ночными сменами или дополнительными сменами в выходные дни.
– Как быстро удалось вернуть довоенные объемы производства?
– Как я уже сказала, с начала войны мы потеряли продукцию, которая производилась на экспорт. Но в 2022 году к нам обратилась компания "Филип Моррис" с предложением контрактного производства их продукции.
Как известно, их фабрика находится в Харькове, поэтому, сделав оценку рисков, они решили, что продолжать работу там небезопасно, и обратились в нашу штаб-квартиру с вопросом, могли бы мы взять на себя контрактное производство их продукции. Несмотря на то, что они наши конкуренты, это абсолютно стандартная практика, которая используется во всем мире.
– Эти переговоры велись именно на уровне штаб-квартиры в Лондоне?
– Да, решение принималось на глобальном уровне. Первое, что интересовало руководство – готовы ли мы в таких условиях к дополнительному объему работы.
Но мы привыкли к большим объемам. Наоборот, в результате этого контракта получили другие приятные "проблемы": когда все сокращали персонал, нам нужно было создать новые рабочие места и найти дополнительно 70 человек.
В результате мы быстро смогли все наладить и уже в августе 2022 года начали производить продукцию по контракту для другой компании.
– Инспектирует ли кто-то из "Филип Моррис" производство? Как происходит контроль качества?
– В начале сотрудничества коллеги постоянно приезжали на фабрику. Сейчас уже все налажено, проверено, поэтому контроля как такового не требуется. Наша фабрика соответствует всем мировым стандартам, ни одного упрека или замечания к нам не было.
Также у нас полностью прописаны все протоколы, как мы с ними сотрудничаем. Есть ежемесячные совещания, отчеты и так далее.
– В мае этого года "Филип Моррис" открыла новую фабрику во Львове, как это событие повлияет на ваше сотрудничество?
– У нас подписаны договорные отношения до декабря этого года. То есть до этого времени в нашем контракте ничего не меняется. Что будет дальше – увидим.
"С каждым последующим мобилизованным ситуация становится все сложнее"– Как война изменила кадровую политику компании?
– Сегодня у нас уже 42 человека мобилизованы – это почти 25% военнообязательной части коллектива. Для работающего бизнеса это, конечно, сложное испытание.
Организуем программы внутренней передачи знаний, опыта, развиваем профессиональный потенциал персонала. Но с каждым следующим мобилизованным ситуация становится все сложнее и сложнее.
– Какой процент работников компании забронирован? Как вообще относитесь к инициативам властей в этом вопросе?
– Мы прекрасно понимаем, что должны балансировать между двумя абсолютно приоритетными вопросами – защита государства и наполнение бюджета. И нельзя сказать, какой из них более приоритетный.
Однозначно, необходимо бронирование какого-то количества специалистов, 50% или 60% это должно быть – не могу сказать. Но работа не должна останавливаться, а индустрия, которая является одной из бюджетообразующих, должна и дальше выполнять свои обязательства перед государством.
Кроме того, мы продолжаем поддерживать мобилизованных сотрудников. Все получают заработную плату в полном объеме. Также они не исключены из дополнительных выплат, которые мы ежегодно делаем.
– Что помогает сегодня мотивировать команду? Как поддерживаете моральный дух среди работников?
– Поддержка морального духа коллектива сейчас является важной составляющей кадровой политики для любого бизнеса. Потому что тяжело всем.
С первых дней войны компания помогала эвакуировать работников и их родственников, проживающих в районах боевых действий, организовывала перемещение всех желающих сотрудников и их семей в более безопасные регионы Украины с оплатой проживания и питания.
Также в начале войны Imperial Brands создала Фонд помощи сотрудникам в Украине, которые в результате военной агрессии потеряли жилье или нуждаются в его восстановлении. Взносы делают сотрудники со всего мира, компания удваивает эту сумму.
Кроме того, этот фонд помогает и тем сотрудникам, которые стали родителями после 24 февраля 2022 года. За время войны уже более 15 человек получили по 120 тысяч гривен.
Сегодня вместе с командой лидеров стараемся оградить людей от негатива и сфокусировать на работе. Поэтому активно внедряем новые направления, продолжаем трансформироваться, становиться еще более современной компанией.
"Постоянно работаем над усовершенствованием рабочих процессов"– Были ли какие-то новые технологии или процессы внедрены на фабрике за время войны? В каких изменениях есть потребность?
– По своему техническому состоянию киевская фабрика уже является одним из лучших предприятий табачной отрасли в Европе. Но мы постоянно работаем над совершенствованием рабочих, операционных процессов.
Однако все, что касается дополнительных инвестиций, к сожалению, идет на ликвидацию последствий атак. Например, ремонт склада обойдется нам в около 120 млн грн. Конечно, это нельзя назвать инвестицией, но это то, что позволяет нам и дальше продолжать работу.
– Продолжает ли завод Imperial Tobacco интегрировать принципы устойчивого развития в свою деятельность?
– Imperial Tobacco имеет четкий фокус на устойчивое развитие, сохранение нашей планеты. В рамках этого у группы есть глобальная цель, чтобы все 33 фабрики концерна к 2025 году перестали вывозить отходы на полигоны.
В прошлом году нам удалось реализовать эту программу. Киевская фабрика стала 14-й в группе, которая получила соответствующий сертификат.
"Табачная отрасль – одна из самых зарегулированных в Украине"– Последние полгода на табачном рынке наблюдается снижение уровня нелегальной торговли, что в последние годы является самой большой проблемой отрасли. Что способствовало улучшению ситуации, на ваш взгляд?
– Сегодня доля нелегального рынка табака в Украине составляет 19,1%, согласно исследованию Kantar от апреля 2024 года, за последние полгода этот показатель снизился на 6,6 п.п., но уровень нелегальной торговли все еще очень высок.
Мы еще раз убедились, что как только правоохранительные органы начинают прилагать усилия, ситуация меняется к лучшему. Благодаря активным действиям по закрытию точек нелегальной продажи, выявлению оптовых складов с контрафактом в разных регионах Украины в феврале-марте этого года, уровень нелегальной торговли начал снижаться. Мы это почувствовали через увеличение легальных продаж. Также Государственная налоговая служба отмечает, что увеличились продажи через РРО (реестр расчетных операций), то есть через кассовые аппараты.
Чтобы этот тренд продолжался, нужна непрерывная системная работа, а не эпизодические активности. Долгосрочный эффект даст именно остановка нелегальных производств, потому что закрытие торговых точек – это борьба с последствиями, а остановка производств – это искоренение причины.
– Регуляторная политика государства способствует тому, чтобы легальный бизнес развивался?
– Табачная отрасль – одна из наиболее зарегулированных в Украине.
Например, в прошлом году президент подписал введение электронной марки акцизного налога с 1 января 2026 года. Новый закон направлен на то, чтобы позволить отслеживать движение алкоголя, табачных изделий, жидкостей для электронных сигарет от производителя/импортера до конечного потребителя.
В настоящее время нет еще окончательного технического решения, как это будет все происходить, но снова-таки, если будет воля и желание отслеживать нелегальное производство, то это можно сделать и без этого закона.
Одна из основных причин постоянного увеличения объема нелегальной продукции – стоимость легальной продукции, которая быстро растет. И этому как раз способствует акцизная политика государства.
К сожалению, те регуляторные изменения, которые государство вводит для табачной отрасли, не способствуют развитию индустрии. Потому что, вместе с преодолением всех последствий, которые сегодня наносит война, нам дополнительно еще нужно адаптироваться к постоянным законодательным изменениям.
Только за последние два года властями были инициированы новый формат пачки, новые медицинские предупреждения, запрет характерных ароматов, внедрение новой бумажной марки, введение системы отслеживания продукции, э-акциз.
Такое впечатление, что государство поставило себе целью посмотреть, кто из производителей выживет в условиях постоянных требований к отрасли. Однако, мы не собираемся останавливаться, мы нацелены развиваться, наполнять государственный бюджет и работать на нашу победу.